Что же хотел донести до страны министр Самир Шарифов? актуальный комментарий

Эльнур Мамедов

Намедни после парламентских прений вокруг бюджета 2019 года рассуждения министра финансов Самира Шарифова о судьбе азербайджанского маната во время телепередачи на государственном телеканале вызвали неоднозначную реакцию и спекулятивный ажиотаж в экспертных кругах, да и в общественном мнении страны.

Ведь слова министра в определенной мере проливали свет на будущую финансовую и монетарную политику правительства, как и состояние азербайджанской национальной валюты. А озвучил министр финансов аксиому экономики: Азербайджану невыгодно чрезмерное укрепление курса собственной валюты.

Самир Шарифов

Напомним, эксперты нашего сайта посвятили этой проблематике десятки аналитических публикаций, в которых была предпринята попытка ясно и объективно указать мотивы данного концептуального подхода. Действительно, сильная валюта в сочетании с рядом других факторов, согласно прописным истинам экономической науки, приводит к росту цен на товары местного производства, что вызывает увеличение импорта и снижение экспорта товаров. И в такой ситуации все меры и действия правительства, направленные на рост валютных запасов, остаются безрезультатными, а местные производители вынуждены сокращать мощности производства.

Это и имел в виду министр, подчеркнув: «Очень сильный манат отрицательно влияет на экспортный потенциал азербайджанских производителей. Их продукция становится менее конкурентоспособной для экспорта. С другой стороны, местные производители начинают проигрывать конкуренцию и на внутреннем рынке, так как импортируемые товары становятся более дешевыми». Далее министр добавил, что проводимая в последние годы в стране политика направлена на поддержание «макроэкономического баланса и устойчивого экономического роста», что не дает поводов для разных толкований.

Казалось бы, все изложено предельно четко. Но оппозиционные эксперты и экономисты-горемыки бросились бить в набат, угрожая обществу опасностью новой девальвации. Недоброжелатели посредством социальных сетей и малоизвестных сайтов, тиражируемых в той же сети, принялись раздувать дискуссию вокруг заявления министра финансов о негативном влиянии чрезмерного укрепления национальной валюты на азербайджанских экспортеров. Дальше - больше. В игру наряду с дилетантами вступили и тяжеловесы, чьи комментарии стали уже откровенно настораживать.

В одном из малоизвестных сайтов появилась экспертная оценка экс-вице-премьера в правительстве Муталибова и НФА, нынешнего депутата Милли Меджлиса Вахида Ахмедова. И воинствующее невежество, вложенное в уста эксперта-депутата, избравшего странную нишу предвестника общенациональной беды, не оставило никаких сомнений – пора и haqqin.az вмешаться в дискуссию.

Вахид Ахмедов

В Азербайджане мы уже были свидетелями того, как Центробанк менял свою курсовую политику в зависимости от того дешевеет или укрепляется манат. Если в середине нулевых огромный приток нефтедолларов принуждал Центробанк проводить массированные манатные интервенции и тратить миллиарды манатов для скупки долларов, чтобы не дать манату укрепиться, то после нефтяного кризиса 2014 года картина изменилась коренным образом. Миллиарды долларов из валютных запасов были пущены за короткий период на валютный рынок, чтобы не дать слабеющему манату погибнуть в ежовых рукавицах надвигающегося сурового кризиса.

Приходится вновь повторять, что все это известно и читателю, и экспертам, и тем более известному депутату-экономисту. Так зачем же поднимать столько шума и ломать стулья, если речь идет об избитой истине? И тут сразу же надо заметить, что все эти комментарии строятся не на словах министра, а на домыслах скептиков, возмутившихся тем, что дескать Шарифов стал, как говорится, городить чужой огород. Курсовая политика, мол, исключительная прерогатива Центробанка, вопросы экспорта и импорта – императивное право Минэкономики. А дело Минфина, мол, ограничивается контролем за бюджетными доходами и расходами. И раз министр финансов заговорил о курсе маната, значит, не миновать беде.

Но в том-то и дело, что Самир Шарифов в своем выступлении по АзТВ, посвященном бюджету-2019, на курсовой политике вообще не останавливался! Да и кому, как не самому, пожалуй, осторожному министру азербайджанского правительства, придерживаться границ служебной компетенции. Наоборот, суть выступления министра сводилась к заверению общественности в том, что, несмотря на определенную волатильность, сложившуюся на мировом нефтяном рынке за последние недели, государственный бюджет на следующий год был сформирован с учетом максимальной защиты от различных негативных сценариев. Тут бы экспертам отметить такое важное достижение: госбюджет впервые подготовлен на базе нового Бюджетного правила долгосрочного управления государственными финансами.

А Правило это, к сожалению, нашими экспертами, домысливающими с чужой подачи, в свое время практически и не обсуждалось, хотя имеет куда более важное значение для страны, в том числе и социальное, чем вся развернувшаяся ныне беспочвенная дискуссия. Ведь новое Правило не дает права правительству урезать расходную часть госбюджета даже в самые трудные для страны периоды. Сказался трагический опыт 2016 года, когда углубляющийся экономический кризис заставил урезать расходы, потом обернулся спадом экономики в целом - ВВП сократился аж на целых 3%. И все почувствовали, что жить стало труднее. В будущем же мы гарантированы от таких перепадов, приводящих к социальным потрясениям. Но это, видимо, мало интересует дилетантов от экономики, которым удалось завлечь на свою сторону неискушённых в таких играх экспертов и известного своими популистскими заявлениями депутата Ахмедова.

Одной из основных особенностей данного бюджетного Правила является установление средне- и долгосрочных лимитов по использованию в госбюджете доходов от нефтяного сектора, аккумулируемых в Нефтяном фонде в иностранной валюте. И опять-таки, касаясь этого вопроса, министр отметил, что эти лимиты предусматривают сдерживание чрезмерного предложения государством так называемых «нефтедолларов» на внутренний валютный рынок для финансирования бюджетных расходов.

С.Шарифов не первый раз говорит о необходимости сокращения трансфертов из Нефтяного фонда, и этот его призыв должен заслуживать лишь всеобщего одобрения. А исполнение нового правила в периоды существенного роста поступлений от нефтяного сектора позволит избежать негативных сценариев. Так, излишнее предложение валюты может, с одной стороны чрезмерно укрепить манат, что ударит в первую очередь по местному производству и национальным экспортерам. А, с другой стороны, вынужденная покупка Центробанком излишков валютного предложения может привести к избыточному расширению денежной базы, что, в свою очередь, может создать значительное инфляционное давление на экономику в целом. 

И вообще, внимательный телезритель, наверное, помнит, что только в контексте Бюджетного правила Самир Шарифов и озвучил свою мысль о том, что «чрезмерное укрепление маната может негативно повлиять на местных производителей». Не надо быть «экономистом», чтобы осознать: динамично развивающийся в последние годы «ненефтяной» сектор национальной экономики при чрезмерном укреплении маната становится менее конкурентоспособным, а внутренний рынок вновь может подвергнуться экспансии импортных товаров. Истолковывать мысль о негативности для местного производства чрезмерного укрепления маната (ревальвации) как анонс возможной девальвации могут только те, кому не по сердцу достигнутая устойчивость азербайджанской экономики.

Надо только радоваться, что в отличие от подобных «доброжелателей» министр Шарифов в своем выступлении подчеркивал лишь необходимость соблюдения Бюджетного правила. Его применение позволяет, в первую очередь, определить верхнюю планку государственных расходов в средне- и долгосрочной перспективе. А заодно установить предельный размер нефтяных доходов, которые могут быть направлены на финансирование государственных расходов в рамках бюджетного года. Такая бюджетно-фискальная политика поддерживает основные цели монетарной политики, реализуемой Центробанком - стабильный курс национальной валюты и низкую инфляцию.

Итак, бюджет 2019 года подготовлен на базе Бюджетного правила. Это, с одной стороны, обеспечивает необходимый уровень финансирования государственных расходов, с другой, - поддерживает установившийся с 2017 года оптимальный курс национальной валюты. Кроме того, новое правило предоставляет достаточный (но не избыточный) объем иностранной валюты для продажи на внутреннем валютном рынке с целью обеспечения импортных потребностей страны, обслуживания зарубежного долга государственными и частными организациями. И данная стратегия успешно реализуется правительством совместно с Центробанком под руководством президента Азербайджана Ильхама Алиева.

И как же после этого блиц-интервью депутата Вахида Ахмедова, якобы позиционирующего себя в роли сторонника политики главы государства, не расценить как злобную инсинуацию? Правда, в начале своего интервью депутат утверждает, что слова министра вырваны из контекста, но почему-то далее нарушает собственную логическую последовательность, поразив противоречащим абсурдным «умозаключением», допуская абсолютно некорректные выпады в адрес Шарифова – одного из опытных членов команды Ильхама Алиева.

Хотя, перманентная конъюнктурная страсть Ахмедова усидеть на двух стульях – разве что секрет Полишинеля. В последние годы один из представителей советской плеяды «красного директората» буквально зациклился на проблеме обменного курса. Еще свежи в памяти грозные прогнозы Вахида Ахмедова о неизбежном падении курса национальной валюты. Несмотря на оптимистические заверения Центробанка и других финансовых институтов, а также представителей правительства о валютной и денежно-кредитной политике, Ахмедов, тем не менее, старается эпатировать публику безответственными и откровенно подстрекательскими выпадами по тематике, в которой абсолютно некомпетентен. Не лишне напомнить, что ни один из его былых панических прогнозов (а их было немало) так и не сбылся. А ведь в кульминационный момент наступившей еще несколько лет назад рецессии Вахид Ахмедов устрашал падением маната в девальвационную бездну. В результате жесткой монетарной политики кризис остановился, и вскоре манат пришел в себя. А прогнозы Ахмедова были словно рассеяны по ветру перемен.

Почему же депутат со злорадством снова предвещает финансовую гибель? Неужели он так и не понял, что же хотел донести до страны Самир Шарифов?

16125 просмотров