Король по-прежнему вне критики, а королева – вне подозрений записки нашего публициста

Расим Агаев, Лондон

… Холодным январским днем нынешнего года (пожалуй, со скидкой на английскую теплынь), водитель одинокого Land Rover Freelander, мчавшегося по прямой как стрела трассе, с удовольствием отметил, что не видно ожидавшегося дождя, и с удовольствием нажал на газ. Потом он вспоминал, что его увлекла мысль о том, что расстояние от собственного поместья в 30 км до столицы он преодолеет незаметно, за считанные минуты. Тут наш герой даже улыбнулся, представив как вечером о своем автодостижении он расскажет супруге, та, разумеется, охнет и осуждающе качнет головой, мол, годы идут, а ты, Филипп, не меняешься. Все тебе бы мчаться по трассам. И куда ты только торопишься...

Авария по-королевски

Минутное забытье прервал скрежет колес, автокульбит тормозов, на которые он нажал скорее всего инстинктивно, потому что ничего угрожающего на своем пути водитель так и заметил, включая и мчавшийся навстречу темный минивэн.

Он запомнил только удар, от которого его Land Rover cделал над асфальтом немыслимое сальто, и женские вскрики, которые напугали его больше самого столкновения. Авария произошла воистину по-королевски – неподалеку от усадьбы Виндзоров в Норфолке. 

Было бы большим преувеличением думать, что упомянутый водитель был напуган произошедшим. Он остался сидеть на своем месте, спокойно и терпеливо дожидаясь появления полицейского. Так он привык за свою долгую (с 1958 года) королевскую жизнь. Да, читатель, за рулем Land Rover Freelanderа, наехавшего на двух пожилых англичанок неподалеку от столицы Великобритании, находился принц Филипп Мантбеттен, герцог Эдинбургский (Prince Philip Mountbatten, Duke of Edinburgh;) супруг нынешней английской королевы Елизаветы. Можно добавить слово “правящей”.

принц Филипп Манбеттен

Разумеется, то была сенсация. Но где написано, что подобное не может приключиться с коронованными особами? Каждому англичанину хорошо известно, что с их принцем случалось и не такое, и когда он был еще молодым человеком, и много позже, после того как он стал членом королевской семьи. Но то в молодости, а к моменту происшествия, приключившегося c коронованной особой (кстати, принц Филипп является помимо прочего праправнуком российского императора Николая I), шел 97 год…

Сенсация без шума

Подробности «королевского инцидента» я безуспешно пытался разузнать, находясь еще в Баку. Однако мои собеседники – как близкие мне иностранцы, так и зарубежные коллеги уходили от разговора, ссылаясь на то, что тема эта не интересна, поскольку лондонская пресса быстро выжала из случившегося все что можно было извлечь из этой малоприятной истории. Оказавшись ныне в Лондоне, я вновь принялся раскручивать инцидент, связанный с принцем Филиппом. Что-то в нем самом, не говоря уже о реакции простых англичан, меня смущало. Да и история-то уникальная.

Согласитесь, что королей-то осталось на свете раз-два и обчелся, и мне лично не приходилось слышать, чтобы кто-то из них запросто так катил по общей трассе. Мне на моем веку довелось видеться со многими азербайджанскими долгожителями, включая Махмуда Эйвазова и Ширали Муслимова, установившими в свое время своеобразные рекорды долгожительства (соответственно 152 и 168 лет жизни), однако среди азербайджанских политиков таковые не встречались и на автомобилях они если и катались, то как правило с профессиональным водителем. По счастью. Другое дело, что однажды, помню, находясь в Ленкорани, по просьбе зарубежных корреспондентов, после соответствующего распоряжения секретаря райкома местные гиды попытались усадить своего знаменитого земляка Ширали-баба в седло подвернувшегося коня, что едва не обернулось ужасной трагедией. После того же как в одном из высоких кабинетов мне однажды показали довольно внушительный список кандидатов, из числа которых намечалось утвердить на бюро райкома очередного рекордсмена по проживанию на нашей бренной земле, интерес к этой теме у меня пропал. И надолго. Представьте, в ходе разговоров с англичанами об их коронованных долгожителях я уловил нечто такое, что напоминало восторги моих соотечественников, рассказывавших байки из жизни Ширали Муслимова иностранным журналистам. Вот например, я с максимальной деликатностью завожу разговор о том, что принц Филипп принес свои извинения двум пострадавшим дамам в учиненной им автокатастрофе, спустя почти неделю после случившегося.

Выясняется, что мои собеседники даже не обратили внимание на это информационное сообщение. Что это – невнимание к устаревшему  событию или нежелание всуе произносить имя высокой особы? А может, британцы и поныне верны знаменитому отечественному девизу « Король вне критики, а королева вне подозрений!»

Если даже это так, что в том плохого?

Эта грязная штука - политика

Невольно думается о том, как бы выглядела аналогичная история на постсоветских просторах, к которым мы исторически и географически привязаны, как бы это не нравилось нашей оппозиции. Официоз делал бы вид, что ничего особенного не произошло, зато наши оппозиционные источники информации наперебой описывали бы инцидент, который никто из них воочию не наблюдал.

В Баку аксаккалы-фронтовики заявили бы, что ничего подобного не могло случиться при их власти, и для подтверждения пускались в бесконечные воспоминания о необыкновенном проходимце Эльчибее, урожденном Абульфасе Алиеве.

Эльчибей

И наши соотечественники в который уже раз выслушали бы революционную историю о том, как этот самый Эльчибей уселся в президентское кресло, для чего понадобилось свергнуть его прежнего хозяина. При желании английская печать также могла бы вспомнить много чего из жизни королевских династий. А было их восемь, кстати, в 2066 году Британский королевский дом отметит свой тысячелетний юбилей, ссылаясь при этом не на народные предания и сказания средневековых менестрелей, а документализированные тексты из исторических документов. Но вот ничего касающегося последствий автоинцидента я так и не обнаружил. Мне даже показалось, что в Англии все дружно сговорились забыть об автокатастрофе принца Филиппа. Про себя я назвал это общенациональной солидарностью с одной только поправкой. Ее высказал один из моих собеседников-газетчиков: «Не мною сказано – политика - грязная штука. Может, поэтому британцы так страстно желают сохранить светлый образ монархии, чтобы было с кого брать пример нынешним правителям…»

6837 просмотров