Запад наносит ответный удар Тегерану по горячим следам

Игорь Панкратенко, автор haqqin.az

На Гибралтаре задержан иранский танкер по подозрению в перевозке сырой нефти в Сирию в обход санкций Евросоюза. Операцию провели в четверг, 4 июля, гибралтарские портовые и правоохранительные службы совместно с британскими морскими пехотинцами. Как сообщают официальные источники, задержание судна производилось по запросу Соединённых Штатов.

Изюминка ситуации заключается в том, что сам задержанный танкер Grace 1, водоизмещением в 300 тысяч тонн, шел под панамским флагом. Более того, управляющей компанией, которой он принадлежит, является сингапурская IShips Management Pte Ltd. И, наконец, согласно судовым документам нефть вообще иракская.

Те, кто готовил рейс этого танкера к берегам Сирии, в порт Тартус и далее в находящийся неподалеку нефтеперерабатывающий завод Банияс, тщательно старались скрыть любые признаки того, что судно связано с Ираном. Команда - полный интернационал, ни одного иранца, в ходе рейса на судне дважды отключали бортовую электронику, позволяющую отслеживать извне его передвижение. Даже маршрут был выбран таким образом, чтобы избежать Суэцкого канала, где египетские службы самым тщательным образом отслеживают суда, доставляющие грузы в Сирию.

Не помогло. Информация о Grace 1 оказалась у американцев, ну а те попросили соответствующие службы Великобритании задержать это судно. Лондон ответил согласием, и для усиления местной группы захвата, которой предстояло взойти на борт танкера, срочно командировал из метрополии 30 морских пехотинцев и 42 бойца из специальных подразделений, справедливо решив, что в таких ситуациях перестраховаться будет не лишним.

Само судно Grace 1 неоднократно светилось в сомнительных перевозках нефтепродуктов из Ирана в Сингапур и Китай, но с учетом залегендированности данного рейса - панамский флаг, сингапурский владелец, сокрытие маршрута и документы об иракском происхождении нефти - ситуация могла бы выглядеть несколько щекотливо. Попробуй, докажи, что это нарушение антииранских санкций, то, что достоверно известно спецслужбам не всегда является доказательством в суде.

Но тут у Тегерана сдали нервы, и его официальный представитель заявил, что «танкер наш, нефть наша, а то, что совершила Великобритания - чистой воды пиратство». После чего сомнений в том, что имела место попытка обхода санкций США в отношении Ирана и принятых в 2014 году санкций Евросоюза в отношении НПЗ Банияс ни у кого не осталось.

То, что Иран использует любую возможность обойти санкции, которые США ввели против его нефтяного экспорта - секрет Полишинеля, во всем мире это знают, а некоторые государства и бизнесмены еще и принимают в этом активное участие - цены на поставляемое таким образом иранское «черное золото» заметно ниже рыночных. Но, пожалуй, впервые в процесс борьбы с этими «серыми схемами» столь активно включилась Великобритания, на минуточку - член «пятерки», всего несколько дней назад принимавший участие в конференции, на которой Тегерану обещали специальный европейский механизм, компенсирующий потери от санкций США.

И вот это обстоятельство - самое важное в гибралтарской истории, более захватывающее, чем сам факт задержания иранского танкера.

Долгое время Европа с меланхоличностью кота, объевшегося сметаны, наблюдала за тем, как лихо и нахраписто Тегеран игнорирует введенные ею санкции в отношении Сирии. В европейских столицах существовало мнение, что излишне активничать в этом вопросе не стоит, хотя бы потому, что после подписания соглашения по ядерной программе Ирана торговый оборот с Исламской республикой демонстрировал отличные показатели, а перед инвесторами открывались прекрасные перспективы завладеть сочными кусками иранского рынка.

От этой меланхоличной невозмутимости Европа не избавилась и тогда, когда Трамп превратил соглашение в простую и ни к чему не обязывающую бумажку. «Вот он соглашение разорвал, санкции ввел - пусть сам это и расхлебывает, мы постоим в стороне и посмотрим, что из этого выйдет», - рассуждали в Лондоне, Париже и Берлине.

В Тегеране же подобную позицию ведущих европейских игроков расценивали совершенно по-иному. Как слабость, как раскол Запада, как оппозицию Трампу - словом, как угодно, только не трезво и реалистично.

Все изменилось, когда Тегеран от диалога с Европой перешел к ультиматумам. Сначала был Ормузский пролив, где едва не дошло до столкновения. А затем из Тегерана прозвучало категоричное «или дайте нам торговать нефтью - или мы возобновим ядерную программу». Сопровождавшееся нелицеприятными оценками Европы в целом и ее политики в частности, а главное - вполне конкретными шагами по увеличению запасов низкообогащенного урана. Причем, иранское руководство предупредило, что это еще не все, что оно готово пойти и дальше.

После подобного европейскую меланхолию как рукой сняло. Иран, как было решено в Лондоне, перешел «красную линию» и нуждается в показательной порке, уроке, который продемонстрирует ему, что на любой ультиматум Европа может ответить решительно и жестко. Что пытаться разговаривать с ней пренебрежительно и языком требований - может обойтись весьма дорого. Именно в этом и заключается суть того, что 4 июля произошло в Гибралтаре.

Но в Тегеране, судя по первым реакциям, сути произошедшего пока не поняли. От высокопоставленных иранских политиков прозвучали заявления о том, что теперь Иран просто обязан ответить аналогичным образом, то есть - захватить какой-нибудь британский танкер.

Что, разумеется, будет совершенной глупостью и только ухудшит для Ирана и без того непростую ситуацию, в которой он находится. Мало кто обратил внимание на то, что эпизод в Гибралтаре не вызвал скачка цен на нефть. То есть - международным рынкам эскапады Тегерана совершенно безразличны. А значит, для ответных жестких шагов Европы по «вразумлению» Тегерана нет никаких серьезных экономических ограничений. Чем она, без сомнения, воспользуется.

13940 просмотров