Необыкновенное чудо президента - Узбекистан взгляд haqqin.az

Захра Новрузова, специально для haqqin.az

Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев поставил амбициозную цель - вывести страну в топ-50 по условиям ведения бизнеса. Задача, прямо скажем, не из легких. Еще три года назад Узбекистан считался одной из самых закрытых стран СНГ. И в переносном, и в прямом смысле – по всей границе были установлены мины в защиту от разных проникновений экстремистов и радикальных исламистов, а также от непрошенных соседей. С остальным миром действовал жесткий визовый режим.

Перемены начались в Узбекистане неожиданно, с приходом к власти Шавката Мирзиёева в декабре 2016 года. Он сменил на президентском посту Ислама Каримова, который скончался 2 сентября 2016 года. Мирзиёев был правой рукой Каримова на протяжении 13 лет, возглавляя правительство Узбекистана, и знал все слабые и сильные стороны государственного устройства страны.

Мирзиёев был правой рукой Каримова на протяжении 13 лет

От него ожидали продолжения курса Каримова, и на перемены в стране не особо надеялись. Но Мирзиёев после кадровых перестановок, которые в большей степени коснулись силового блока, объявил о переходе к открытости, реформах и переводе экономики страны, базировавшейся на импортозамещении, на новую модель, подразумевающую экспортно-ориентированное развитие. Но при всем этом речь не шла о сломе устоявшейся системы. В Узбекистане начался новый этап на уже существующем фундаменте.

Избавление от каримовских силовиков

Прежде чем приступить к конкретным реформам Шавкату Мирзиёеву предстояло отдалить от начинавшихся процессов и власти в целом «серого кардинала» узбекской политики – шефа Службы национальной безопасности Рустама Иноятова. Именно усилиями СНБ в республике десятилетиями накачивалась атмосфера страха. Через жернова СНБ прошли многие политические оппозиционеры, правозащитники, журналисты, предприниматели, которые не желали крышевания силовиков, т.е. дележа с ними своего бизнеса. Особую жестокость ведомство Иноятова проявляло против исламистов. А в исламисты «записывали» всех подряд – и сторонников религиозных экстремистских партий, запрещенных в Узбекистане, и простых мусульман, придерживающихся правил ношения традиционной исламской одежды и бороды. Печально известная тюрьма «Жаслык», где отбывали срок политические заключенные и осужденные за экстремизм, была закрыта только в прошлом году.

Знал ли о творимом силовиками терроре Ислам Каримов? Безусловно. Но желание «защитить» государственный строй, который он отождествлял со страной Узбекистан, от малейших посягательств было сильнее желания покончить с «перегибами». И именно Рустам Иноятов после смерти Ислама Каримова обеспечил спокойную передачу власти Шавкату Мирзиёеву. Под гарантии безопасности и обеспечение спокойной старости. При этом нелишне знать, что основным кандидатом на президентское кресло считался не Мирзиёев, а первый вице-премьер правительства Рустам Азимов, которого Каримов буквально взрастил.

«серый кардинал» узбекской политики Рустам Иноятов

Президент-либерал

После 2016 года одним из основных направлений деятельности команды нового президента Шавката Мизиёева стало улучшение имиджа Узбекистана. Бытовало мнение, что у республики с этим дела обстоят неважно. Будучи исполняющим обязанности президента Узбекистана, Мирзиёев открыл виртуальную приемную, куда мог обратиться каждый гражданин со своим вопросом и его обязаны были решить. Одновременно были открыты «народные приемные» - прямая связь чиновников с народом. Понятие "я – бай, ты – холоп" ушло в небытие.

Тем самым Мирзиёев сразу завоевал симпатии миллионов сограждан, которые впоследствии проголосовали за него на президентских выборах. Такая народная поддержка нужна была не только для победы выборах, но для проведения экономических реформ в стране.

Другим важным шагом в плане установления доверительных отношений с обществом стала либерализация системы государственного регулирования религиозной жизни. Реформа коснулась не только ислама, но и других конфессий.

Далее президент Мирзиёев подписал ряд указов, амнистировав часть заключенных, осужденных за терроризм и религиозный экстремизм. Были облегчены условия регистрации и деятельности разных христианских церквей. Были отменены многие запреты на внешние признаки принадлежности к определенным течениям ислама. Ярким примером государственного контроля за религией стало появление в мечетях детей. Сегодня могут приходить в мечеть с родителями, что раньше было запрещено хоть и неформально, но жестко.

Но, государство, предоставляя людям религиозные свободы, например, в выборе одежды или, скажем, ношении бороды, не намерено выпускать ситуацию из-под контроля. По-прежнему существуют ограничения для студентов и государственных служащих - им запрещено ношение хиджабов, никабов и других религиозных атрибутов.

В Ташкенте, пока не так часто, как, допустим, в Андижане можно увидеть женщин, одетых в хиджаб, но они есть от этого никуда не деться.

Легализация валютного «черного рынка»

В экономическом блоке реформа началась с либерализации валютного рынка. Первое, что сделал глава государства - отпустил сум (национальная валюта Узбекистана) в свободное плавание. Конечно, за этим последовала девальвация сума более, чем в два раза. Но ослабление национальной валюты сработало на поддержку экспорта и экспортеров. При этом доступ к свободной конвертации получили юридические и физические лица.

президент отпустил сум в свободное плавание

До этого в стране существовал черный рынок валюты, где курс доллара был в три раза выше курса Центрабанка. Существовал еще и биржевой курс для расчета с иностранными инвесторами. Всего три разных курса. Для местных бизнесменов купить валюту было огромной проблемой. Требовались специальные разрешения органов исполнительной власти, что неизбежно вело к коррупции.

Несомненно, фактическая легализация «черного рынка» ударила по импортерам – ввозимые товары ожидаемо подорожали. Но постепенно ситуация выровнялась за счет создания новых рабочих мест, повышения зарплаты бюджетникам, пенсий, пособий.

Кроме валютной реформы, масштабная трансформация прошла во всей экономике. По статистическим отчетами, последние три года в стране стремительно растет Валовой внутренний продукт (ВВП) по паритету покупательной способности (ППС) на душу населения. Сейчас он превысил 7 тыс. долл., тогда как еще недавно он держался на уровне 4-5 тыс. долл. Темпы роста опережают аналогичные показатели почти все страны СНГ. Только в 2019 г. объем прямых иностранных инвестиций вырос в 3,7 раза и составил 4,2 млрд долл. Доля инвестиций в ВВП достигла 37%. Темпы экономического роста составили 5,6%, на 6,6% выросло промышленное производство, экспорт – на 28%, золотовалютные резервы – на 2,2 млрд долл., составив 28,6 млрд долл.

Прогресс не остался незамеченным, и Узбекистан впервые получил высокий международный кредитный рейтинг и успешно разместил на мировом финансовом рынке облигации на 1 млрд долл. За последние годы улучшились позиции Узбекистана и в рейтинге кредитного риска Организации экономического сотрудничества и развития. В рейтинге Всемирного банка и Международной корпорации «Ведение бизнеса» Узбекистан поднялся на 7 позиций, заняв 8-е место среди 190 государств по показателю регистрации бизнеса и войдя в число лучших стран-реформаторов. Это, вероятно, послужит стимулом для иностранных инвесторов, поглядывающих на проекты развития Узбекистана.

Новый президент страны, как отмечают многие зарубежные политики, реально разбудил Узбекистан, открыл его миру. Они отмечают, что Шавкат Мирзиёев обладает высоким доверием и колоссальной поддержкой всего многонационального населения страны, поскольку исходит прежде всего из интересов своей страны, имеет свою политическую программу, которая служит консолидации общества и делает его надежным участником реформирования страны.

Реформы, проводимые Мирзиёевым, получили достойную оценку международного сообщества. Авторитетнейший The Economist назвал Узбекистан страной года, где реформы с 2017 года осуществляются наиболее быстрыми темпами.

The Economist выбрал Узбекистан страной года: «Ни одна другая страна не продвинулась так далеко...»

Внутренняя политика – это чуть позже

С проведением политической реформы в Ташкенте решили не спешить, изменив пока только избирательный кодекс. Из нововведений: женщины получили в парламенте 30-процентную квоту – в 150-местном парламенте им отведено 48 мест, вместо бывших 24. Остальные места разделили между собой все пять зарегистрированных в республике партий. Нет и запрета на создание политических партий, но, похоже, и желающих нет встраиваться в оппозицию к власти.

Международные наблюдатели по итогам выборов в парламент были не очень оптимистичны, хотя выборы признали состоявшимися. Главной мишенью их критики стала скудость информации по кандидатам, в результате чего избиратели толком не понимали, за кого голосуют. Этот упрек можно отнести и к депутатам, которые избирательную кампанию вели крайне вяло. К плюсам же были причислены теледебаты между кандидатами – это было впервые в истории Узбекистана.

Сами выборы прошли по мажоритарной системе, с узбекским акцентом – кандидатов могли выдвигать только партии. В Узбекистане зарегистрировано пять партий, каждая из которых имеет своих представителей в парламенте: правящая Либерально-демократическая, Народно-демократическая, социал-демократическая «Адолат» («Справедливость»), демократическая «Миллий тикланиш» («Национальное возрождение») и Экологическая партия. На первый взгляд, система выглядит прогрессивно: есть и многопартийность, и разнообразие идеологической направленности – от либерал-демократов до зеленых, а победившая на выборах партия выдвигает кандидатуру премьер-министра. Хотя президент постоянно требует от партий активного участия в управлении государством.

Как и ожидалось, большинство мест в парламенте получила Либерально-демократическая партия УзЛиДеП, которая на президентских выборах выставила кандидатуру Шавката Мирзиёева и считается партией власти.

Недовольных, конечно, немало

Явка на выборах составила 71%. Для стран Европы это хороший показатель. Для Узбекистана – удивительно низкий. С одной стороны он, конечно, свидетельствует об отсутствии давления на электорат, явка которого в прежние годы становилась чуть ли не 100-процентной. Но с другой – отсутствие почти трети населения с правом голоса у избирательных урн показывает и индифферентное отношение части населения, за которым могут скрываться негативные общественные настроения. Причин для этого немало.

Это и рост цен и тарифов, некоторое ухудшение качества жизни, неоднозначная реновация жилья, сопряженная порой с беззаконием – нередки случаи принудительного отъема домов и квартир. При этом механизм компенсации разработан плохо, и население по сути теряют часть имущества. Особенно остро проблема стоит в регионах - доведенные до отчаяния люди перекрывали дороги, жгли покрышки и даже покушались на чиновников местного уровня. По распоряжению Мирзиёева, власть идет на переговоры с жителями сносимых домов.

В частных беседах жители Узбекистана часто сравнивают нынешнюю власть с прежней, и часто можно слышать, что «при Каримове такого не было». Подобные настроения, бывает, «насаждаются» бывшими «большими людьми». Узбекская элита, обласканная Каримовым, все чаще остается за бортом не только политической и общественной жизни, но и без работы. При том, что в стране ощущается кадровый голод на сильных управленцев для продолжения реформ. И «бывшим» обидно оставаться без работы, видя, что во многих министерствах на вторых ролях работают представители Германии, Южной Кореи и Японии.

Интернет – опора президента. Надежная?!

Блогеры и интернет-СМИ стали главной опорой президента Мирзиёева, который формируют новую площадку для диалога между государством и обществом. Президент открыто говорит, что вся надежда на журналистов и блогеров, которые открыто освещают события, выставляют напоказ недостатки.

На встрече с популярными блогерами Мирзиёев заявил, что «Узбекистан открывается миру и хочет всю правду довести до международного сообщества». Самое главное, по его словам, можно открыто обсуждать, критиковать. Ослабление контроля над СМИ дало узбекскому обществу возможность хоть немного включиться в обсуждение текущих проблем. Бытовая коррупция, неэффективность госучреждений и госпредприятий, трудовые мигранты, образование - об этом в Узбекистане сегодня говорят.

Но при этом и не стоит, наверное, ожидать мгновенного преображения всего Узбекистана во всем. Страна, «закрытая» много-много лет, только открывается. Тем более в таком сенситивном вопросе, как отношения между властью и СМИ.

13919 просмотров