Гитара Хары и Ключ Ягублу наше послесловие

Эйнулла Фатуллаев

В 1973 году горячие и непокорные чилийцы, потомки бесстрашных кечуа и аймар поднялись на борьбу с так называемой хунтой выдающейся исторической личности генерала Аугусто Пиночета, после чего сильно об этом пожалели. Спустя пять лет отчаянной борьбы приверженных бродящему по миру призраку коммунизма абсолютное большинство чилийцев выразило вотум доверия автору экономического чуда – прагматичного неолиберализма, которого всего несколько лет назад называли диктатором.

В первых рядах неистовых и непримиримых борцов с политическим лидером, который в буквальном смысле поднял свою страну с колен, был и один из самых талантливых и незаурядных людей своей эпохи Виктор Хара. Поэт и радиожурналист, драматург и режиссер, театральный актер, певец и танцор… Коммунист Хара превратился буквально в нерукотворную мифологизированную культовую фигуру, воспеваемую самим Дином Ридом и Рождественским. Вероятнее всего, спустя десятилетия после своего жестокого убийства – в певца выпустили 44 пуль, ибо с носителями коммунистической заразы расправлялись с особым изуверством, - и пожалел бы о борьбе с правителем, окружившим себя светлыми чикагскими мальчиками из школы Фридмана. Однако Хара, который искренне ошибался в своих заблуждениях, был масштабной и яркой личностью с энциклопедическими знаниями. Хара, как и Че, вышел за рамки догматики извращенного и непонятого латиноамериканцами левого марксизма…

Виктор Хара воспевал чилийскую свободу

Почему размышления о реальном Азербайджане навеяны лирическими воспоминаниями о Харе?! Не только потому, что несколько дней назад чилийцы, как и все латиноамериканцы, в день годовщины убийства поэта скорбели о невинных жертвах бессмысленного гражданского противостояния.

Накануне власти Азербайджана, которые оппозиционная мысль пытается застолбить за категорией «диктатура», освободили из СИЗО оппозиционного активиста Тофика Ягублу. Сама мысль о параллелях между сегодняшним Азербайджаном и пиночетовским Чили (при всех моих симпатиях к историческим заслугам великого генерала) выглядит кощунственной. За несколько недель до повторного ареста известного фигуранта громкого исмаиллинского дела Тофика Ягублу другой лидер так называемого исмаиллинского бунта Ильгар Мамедов получил компенсацию в размере нескольких сот тысяч манатов за «несправедливый приговор азербайджанских судов». Согласитесь, само нахождение какой-то диктатуры под юрисдикцией Евросуда и Европейской конвенции – дело немыслимое, надуманное и иррациональное. Диктатура карает за инакомыслие расстрелом, «столыпинским галстуком», вышкой. А не манатами! Весь западный мир негодует из-за казни иранского борца Афкари, ареста белорусской флейтистки Марии Колесниковой, отравления российского оппозиционного лидера Навального. А азербайджанская власть раздает лидерам оппозиции сотни тысяч манатов. Вот такая диктатура финансовой подпитки своих оппонентов.

О какой диктатуре может идти речь в стране со свободным и преимущественно оппозиционным интернетом?! О какой нетерпимости и антидемократизме можно рассуждать в стране, где десятки тысяч вольнодумцев потоком устремляются к зданию парламента, скандируя милитаристские лозунги?! Неужели 14 июля Баку, охваченный всенародным возмущением после эскалации на линии фронта, напоминал столицу диктатуры?! А как объяснить избрание в парламент либерального небожителя Эркина Гадирли, которого намедни боготворила вся нацдековская публика?!

Так вот, банальный арест чумазого, неприметного, малообразованного провинциала Тофика Ягублу, кажется, напавшего с гаечным ключом на какого-то плебея с кирпичным лицом на окраине Баку, изобразили худшим пороком находящейся под юрисдикцией Евросуда диктатуры. Более того, горемычного и бесприютного Ягублу объявили новым кумиром азербайджанского народа. Вроде бы Ягублу занимается политикой, хотя бедняга на ужасном сельском диалекте едва способен связно изложить свои мысли и выстроить несколько предложений. Оппозиция во главе с бессмертным лидером черносотенной оппозиции Али Керимли вменяла в вину властям арест ветерана карабахской войны Ягублу, заявляя о его каких-то великих героических подвигах в Карабахе. Не обессудьте, но о каком героизме на полях сражений может идти речь в стране, потерявшей во время войны верхний и низменный Карабах?! Тем более что в период активной фазы карабахской войны, в 1992-1993 годах, судя по официальной биографии, после мартовского переворота Ягублу занимал должность заместителя главы Исполнительной власти Бинагадинского района. Допустим, Ягублу все же появлялся в Карабахе заездами во время обеденных перерывов. За что власть должна уступать Ягублу? За регулярное отступление во время войны? Ведь азербайджанская армия регулярно отступала, почти без боев оставляя за собой города и села. На месте Ягублу стоило бы умолчать о мнимых заслугах на полях срама. С другой стороны, допустим, Ягублу занимал не должность замглавы исполнительной власти в период правления НФА, а действительно воевал на фронте. По логике Керимли и его виршеплетов, в Армении должны были освободить большую часть государственных преступников во главе с Кочаряном за одни победы в войне?!

Наш герой без гитары, он крепко в руках держит гаечный ключ

Однако Ягублу в лучших традициях борьбы политических узников начинает голодовку. И Европейский суд принимает решение о необходимости предварительных мер – переводе голодающего узника в больницу. Азербайджанская власть, которую малообразованные оппозиционные горлопаны называют диктатурой, принимает решение об изменении меры пресечения Ягублу. То ли мусаватиста, то ли фронтовика - Ягублу умудрился записаться в обе враждующие с нашей эры партии по совместительству – освобождают из больницы. Всеобщее ликование. Мракобесие встречает весть победными реляциями. Черная толпа прорывается к освобожденному у больницы. Момент истины: страдалец жалостливо поднимает кулак над головой. No pasaran! Вот и он, вот и он, моего сердца чемпион! Погибающий под рогами злых быков добрый тореро, облокотившись на плечо похожего на тимурита своего бейлаганского зятя Хази, исхудалый борец за мир без оков, под возгласы бородатой толпы с искаженными лицами покидает сцену. Занавес.

Вот такого Виктора Хару в обертке Тофика Ягублу предлагает своему народу вечный оппозиционер Али Керимли, который наконец все же решился доблестно и храбро покинуть пределы своей номенклатурной квартиры. Но самое циничное и безнравственное в заявлениях оппозиции – обвинение власти в слабости и нерешительности. Освобождение оппозиционера с гаечным ключом под мышкой – это не проявление слабости, а духовной силы и несгибаемой воли.

Большевик до мозга костей Тофик Ягублу – это скорее образ Матроса Железняка из батраков, а не лиричного и поэтичного Виктора, лелеявшего мечту о безгранично свободном и безумно справедливом мире. Ягублу – самое большое недоразумение в нашей жизни, если нам приходится посвящать статьи вырванному из сельского образа жизни заурядному и узколобому гражданину. Так хочется верить, что настанет день и Ягублу вернется к своей сельской жизни, избавившись от гаечного ключа. Но для этого, как беспрестанно повторял генерал Пиночет, Азербайджану надо превратиться в страну собственников, а не пролетариев с гаечными ключами…

10047 просмотров