Удары по экономике России: не коллапс, а деградация наша корреспонденция; все еще актуально

Игорь Никифоров, специально для haqqin.az, Москва

Неверно утверждать, что трагические события 2022 года подкосили и, тем более, уничтожили российскую экономику. Но они абсолютно точно повернули ее на путь необратимой деградации, медленного, безостановочного превращения в некий тусклый, убогий призрак самой себя образца 2021 года. И дело не только в санкциях, беспрецедентных по масштабу, жесткости и потенциальным последствиям. Куда печальнее то, что вся страна ментально свыклась с ролью «второго Ирана» и форпоста борьбы с «англосаксами».

Война в Украине повернула экономику России на путь необратимой деградации

Без права на первый ход

Война не только принесла горе и смерти в дома миллионов людей, она в одночасье обратила в руины отношения Москвы с западной цивилизацией, строившиеся десятилетиями. Причем не только новой Россией, но и Советским Союзом. Она повергла в животный страх и вытолкнула из РФ иностранный бизнес, обернулась для страны многими тысячами внешних ограничений, полным разрывом торговли с Европой и США. Санкции затронули системные отрасли экономики - финансовый и банковский секторы, энергетику, транспорт. К примеру, первый пакет включил в себя запрет на сделки с российскими ценными бумагами, а также остановку сертификации проекта «Северный поток-2».

В рамках второго пакета США заблокировали банковские счета РФ в своей юрисдикции, а Великобритания ограничила суммы вкладов и депозитов для россиян. Совместные санкции США, ЕС, Канады и Великобритании в рамках третьего пакета ограничений предусматривали заморозку резервов Центробанка, находящихся в банках стран G7, и отключение части российских кредитных организаций от системы SWIFT. США в одностороннем порядке ввели эмбарго на поставки из РФ нефти, природного газа и угля. В следующие пакеты вошли: запрет на импорт российской сталелитейной продукции, запрет на закупку, импорт или перевозку угля и других твердых ископаемых видов топлива; запрет российским судам и операторам заходить в порты стран ЕС. В середине декабря 2022-го Брюссель принял уже девятый и на данный момент последний пакет санкций, где зафиксированы эмбарго на поставки российской нефти морским транспортом и потолок цены на нее в $60 за баррель.

Суть происходящего предельно точно выразил директор Центра исследований экономической политики экономического факультета МГУ Олег Буклемишев. По его словам, проблема заключается именно в комплексном, тотальном характере санкций, которые воздействуют на все стороны жизни российского общества одновременно и кумулятивно.

Олег Буклемишев: Экономика России под воздействием санкций уже другая

«Невозможно ни финансовыми активами пользоваться нормально, ни цивилизованно торговать, - говорит Буклемишев. – В этой игре мы не имеем права первого хода. Против нас делают ход, мы к нему приспосабливаемся, что-то придумываем, какую-то схему выстраиваем. А с той стороны следует новый ход, потом еще и еще – до бесконечности. Мы постоянно находимся в позиции реагирующего. Очевидно, что наша экономика под воздействием санкций уже другая, ее место и роль в мире кардинально изменились, все идет к ее качественному упрощению, ухудшению, а также к сжатию в объемах».

Не коллапс, а деградация

Экономические итоги 2022 года оказались для России двоякими. С одной стороны, если рассматривать чистую макростатистику, экономика показала куда лучшие результаты, чем предсказывали рейтинговые агентства (минус 6-7%) и Центробанк (минус 8%) в марте. 

Сейчас в официальном макропрогнозе по росту ВВП фигурирует минус 2,9% (в 2021-м было плюс 4,7%). Вероятный показатель инфляции (12,4%) заметно хуже прошлогоднего (8,4%), а вот по сравнению с ожиданиями минувшей весны он выглядит вполне прилично. По словам директора Центра исследований постиндустриального общества Владислава Иноземцева, устойчивость российской экономики к санкциям связана, прежде всего, с ее относительно самодостаточным и примитивным характером, отсутствием секторов, требующих перспективных вложений. В то же время «заморозка половины резервов ЦБ и резкое падение курса рубля могли запустить цепную реакцию, если бы финансовые власти не отреагировали самым решительным образом, удержав курс за счет мер контроля за движением капитала».

Владислав Иноземцев: Бизнес в России столкнулся с массой ограничений и угроз; с рынка ушли традиционные поставщики

Похвально, конечно, но ключевая проблема кроется в совершенно другой области. Действительно, быстрого коллапса не произошло: доходы от нефти и газа продолжали поступать, и валюта вскоре восстановилась. Вместо этого происходит нечто иное: не драматический спад, а неуклонная деградация производственного потенциала, отбрасывающая страну на десятилетия назад.

Россия пытается управлять своей экономикой, но при этом она лишена возможности ввозить многие компоненты, сырье и технологии, от которых экономика критически зависит. Последствия ощущаются во всех сферах – от банков, нуждающихся в серверах для обработки платежей, до птицеводства, получавшего из Нидерландов инкубационные яйца для производства цыплят-бройлеров. Агрофирмы не могут приобрести шины для тракторов, авиакомпании – запчасти для ремонта самолетов.

Агрофирмы в России не могут приобрести шины для тракторов, авиакомпании – запчасти для ремонта самолетов

С начала войны поставки в Россию зарубежной продукции сократились на 20-25% - тяжелый удар для страны, десятилетиями входившей в систему международного распределения труда и капитала. Сейчас уже не входит. По данным Кильского института мировой экономики (Германия), в период с июня по август 2022 года Москва импортировала товаров на $4,5 млрд меньше, чем в 2021 году.

И как быть в этой ситуации фармацевтике, металлургии, химической, горнодобывающей индустрии, которые зависят от импорта на 50-80%? В сентябре объем производства в автопроме сократился на 80% по сравнению с тем же месяцем годом ранее. Согласно отраслевому анализу за декабрь, сегодня на рынке РФ работают только 14 автопроизводителей, из них три – российских, остальные – китайские бренды.

Да, России удалось в какой-то мере заместить европейскую и американскую продукцию изделиями из Китая, Индии, Турции, Казахстана, стран, во многих случаях выступающих посредниками в торгово-логистических цепочках. Но, во-первых, чисто технологически это не всегда равноценная замена (иные качество и целевое назначение), во-вторых, сам импорт нестабилен в силу тех рисков, с которыми сталкиваются поставщики. Причем эти риски становятся все серьезнее. Скажем, в конце ноября Совет ЕС единогласно включил деятельность по обходу санкций в список уголовных преступлений, совершаемых в отношении альянса. Теперь Еврокомиссия должна обратить этот рамочный вердикт в детальную директиву, где по пунктам будут прописаны как сами преступления, так и меры наказания за них.

Как пишет Financial Times, производители стали гораздо более настороженно относиться к возросшему объему заказов на микрочипы в Армении и Казахстане, двух основных хабов беспошлинного параллельного импорта, заказанного через подставные фирмы. В частности, поставки полупроводников в эти страны прекращены рядом американских компаний. России же расширение собственных мощностей по производству микропроцессоров до уровня Китая (который сам борется с экспортными ограничениями со стороны США) обойдется в $50 млрд в год в течение 10 лет, но и тогда результат окажется под вопросом. В лучшем случае это будет пример «технологически регрессивного импортозамещения», как выразился ведущий экономист Всемирного банка Бранко Миланович.

С начала войны поставки в Россию зарубежной продукции сократились на 20-25% - тяжелый удар для страны

Не рецессия, а кризис

«Главной проблемой является внутреннее разрушение экономики в условиях исчезновения привычных институциональных рамок, - констатирует Владислав Иноземцев. – В 2022 году в России практически уничтожено право на интеллектуальную собственность, права инвесторов официально признаны неравными в зависимости от страны происхождения капиталовложений; начата подготовка к конфискации собственности эмигрантов. Бизнес столкнулся с массой ограничений и угроз; с рынка ушли традиционные поставщики, возник дефицит комплектующих, запчастей, услуг по обслуживанию оборудования. Снижение спроса вызвало потребность в сокращении издержек за счет качества продукции».

В уходящем году все эти удары пришлись в основном на предпринимателей и остались мало видимыми для потребителей. По словам Иноземцева, в 2023-м кризис станет более заметным для основной массы населения – а это означает новое сокращение расходов (уже в конце 2022 года доля сберегаемых гражданами на «черный день» средств достигла многолетних максимумов) и новое сжатие совокупного спроса.

«По всем макростатистическим признакам у нас сегодня полномасштабный кризис, а не рецессия, - говорит ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников. – Мы это видим как минимум по спаду ВВП на протяжении более двух кварталов и по очень высокой для России годовой инфляции. Причем это кризис с ярко выраженной структурной составляющей: на фоне санкций сполна проявляется неэффективность самой хозяйственной модели – с преобладанием госсектора и крупных сырьевых отраслей-монополистов, а также высокой зависимостью от поставок импортных технологий и запчастей».

Никита Масленников: По всем макростатистическим признакам в России сегодня полномасштабный кризис, а не рецессия

К основным болевым точкам российской экономики Масленников относит слабый спрос – и потребительский, и инвестиционный (меры компаний по увеличению своего капитала); некомфортность условий ведения бизнеса; отсутствие должной поддержки предпринимателей со стороны государства; снижающийся профицит внешнеторгового баланса (из-за перезапуска логистических, производственных и финансовых цепочек); падение реальных заработных плат и доходов граждан.

«В России самый настоящий кризис, который разгорается, а не затухает, - согласен главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев. – Тяжесть его последствий отчасти перенеслась на следующий год, поскольку самые суровые санкционные ограничения, прежде всего, эмбарго на морские поставки российской сырой нефти и потолок цены в $60 за баррель, вступили в силу только с 5 декабря. Поскольку структура нашей экономики экспортно-сырьевая, самыми болезненными для страны будут санкции, связанные с торговлей и поставками на мировой рынок энергоносителей.

И судить о том, адаптировалась ли экономика к шокам 2022 года, пока преждевременно».

Самыми болезненными для России будут санкции, связанные с торговлей и поставками на мировой рынок энергоносителей

В конечном итоге этот рукотворный, порожденный военной авантюрой Кремля в Украине кризис бьет и еще долго будет бить по простым россиянам – хотя бы продуктовой инфляцией в десятки процентов. А государство, как ни смотри, играет в этой истории исключительно зловещую роль, дополнительно обременяя людей разного рода административными мерами. Взять хотя бы внеплановую, беспрецедентную, вторую за год индексацию тарифов на услуги ЖКХ с 1 декабря на 9%. До этого с 1 июля жилищно-коммунальные тарифы были подняты, как полагалось по закону, на 4%.

Между тем обезличенный, атомизированный (моя хата с краю), одурманенный пропагандой обыватель безмолвствует, легко мирясь с абсолютно любыми поползновениями государственной машины на свои деньги, безропотно принимая тот очевидный факт, что его жизнь все больше напоминает существование иранцев, венесуэльцев или даже северокорейцев. Которые давно и неустанно ведут борьбу с коллективным капиталистическим Западом, «англосаксами» и гегемонией США на планете.